Кристина Орбакайте: «Мне хочется беззаботности»

Лиза

 Кристина, кого интереснее играть — мужчину или ребенка?

— Играть все интересно, когда ты в творческом процессе, — здорово, что это вообще тебе посылается. Главное — идти дальше, продвигаться. Я же не буду больше играть мужчин: «Здравствуйте, я ваш дядя!» И детей не буду.

 Кто вам помогал входить в образ девочки?

— Дочки моих подруг. Когда мы собирались вместе с детьми, я присматривалась к тому, как девчонки двигаются, как разговаривают друг с другом. И мое первое наблюдение — девочки не ходят ровно! Они подпрыгивают все время. Кстати, костюм для съемок я тоже составляла не без помощи дочерей подруг. Однажды увидела у одной из них розовый шарфик, и так он мне понравился, что я просто вцепилась в него и говорю: "Пожалуйста, дай мне его на съемки! А если художник по костюмам его утвердит, то ты, Маша (так зовут девочку), имеешь полное право встать во время премьеры и крикнуть на весь зал: «Это мой шарфик!!!» Шарфик утвердили. Теперь Маше осталось дождаться декабрьской премьеры картины «Любовь-морковь-2».

 Во время съемок вспоминали свое детство?

— У меня его в общепринятом смысле, можно сказать, и не было. Я много училась, во дворе не пропадала. Мне всегда нужно было куда-то ехать — в школу, на музыку, на балет, на съемки. Наверное, поэтому сейчас мне хочется беззаботности.

 Какие самые яркие воспоминания остались из того времени?

— Работа в фильме «Чучело». Съемки проходили в Твери (тогда город Калинин. — Прим. редакции). Это был мой первый выезд из дома. До этого я была очень «домашней» девочкой, даже в лагеря не ездила, отдыхала только с мамой, с бабушкой... А тут мы два с половиной месяца жили «в свободном поселении» в гостинице «Селигер» — это было потрясающее время!

— Когда вам предложили сниматься, как к отнеслась ваша мама?

— Вопрос о моем участии не стоял. Когда к маме попала книжка, она прочитала ее за одну ночь и, помню, сказала: «Почему мне не двенадцать лет?! Я много бы отдала, чтобы мне было сейчас столько...» A потом была премьера в Доме кино. Бабушка, мама, друзья — все на взводе, а мы ребятами все время, пока шел фильм, носились по Дому кино. И я удивилась когда через два часа увидел лица зрителей, выходящих из зала, с размазанной косметикой и в слезах.

— А мама?

— Мама вышла в темных очках, и единственное, что она тогда в состоянии была сказать: «Спасибо что не подвела».