Кристина Орбакайте: Я никогда не орудовала кулаками и наглостью, только мозгами и идеями

Антенна
21
Сергей Амроян, kino@antennatv.ru Фото: Дмитрий Исхаков

25 мая у певицы день рождения. «Однажды в этот день я загадала, что хочу родить дочку, – говорит Кристина. – Вселенная услышала и сделала мне такой подарок».

–Кристина, с каким настроением встречаете этот день сейчас?

– С позитивным. Для меня этот день всегда праздник. Мама моя вообще убеждена, что после 60 отсчет возраста идет назад. И это правильная установка.

 

– Вы, как и мама, свой возраст не скрываете.

– А его невозможно утаить. Вся страна знает, что я снималась в фильме «Чучело» в 11 лет. В прошлом году вроде круглая дата была, я с размахом отметила 45-летие. Мы с мужем постарались, и праздник удался, а в этом настроения устраивать какие-то торжества в Москве нет. 25 мая мы соберемся узким кругом в Лос-Анджелесе. В начале июня я выступаю в Нью-Йорке в большом гала-концерте композитора Виктора Дробыша. А раз все равно улетаю в Америку, то и решила отметить день рождения там. Несколько лет назад я отмечала его в Израиле. Туда сначала приехали мама с семьей, а позже и я с мужем, Клавочкой, Никитой (Дени не смог: учился). И друзья мои туда подтянулись, в том числе и папа, который никогда прежде не был в этой стране. Правда, на сорокалетие я уехала с мужем к друзьям в Париж, там нас собралось всего пять человек.

 

– Наверное, вы традиционно задуваете свечи, загадываете желания?

– Да. Вот в Париже на 40 лет загадала, что хочу родить дочку, и на следующий день рождения у меня уже была Клавочка.

 

– Дети вам обычно что дарят?

– Раньше дарили в основном вещицы, сделанные своими руками, либо стихи... Сейчас мальчики уже взрослые и стараются преподнести «настоящие» подарки. А Клавочка с прошлого года мастерит красивые открытки. Думаю, она приготовит интересную поделку. 30 марта ей исполнилось пять лет, и она все еще находится в состоянии дня рождения. Она ответственно отнеслась к приглашению гостей на свой праздник, его планированию. Понимала, что всех надо развлечь. Она тогда спела с детской музыкальной группой «Бум», и ей это так понравилось, что теперь Клава несколько раз в неделю ходит на репетиции. Руководитель этой группы – музыкант моего коллектива, все песни она слышала с раннего детства, и вдруг у нее возник порыв их петь. Мы прислушались к желанию ребенка, решили: пусть попробует. И у нее получается. А еще она занимается хореографией.

 

Пупом земли себя не ощущаю

– А в вашем детстве, наверное, самым ярким подарком на дне рождения была мама? Если ей удавалось приехать. Она ведь тогда почти все время проводила на гастролях.

– Да, когда мама в этот день была рядом, получался самый веселый праздник. Я жила с бабушкой и дедушкой, приглашала детсадовских и школьных друзей, но просто сидеть за столом и есть торт было неинтересно. Мама всегда задавала тон. Под ее руководством у нас рождался какой-то сценарий, устраивались игры, викторины. Одна из забав – веревочка с прикрепленными к ней подарками. Ее вешали в комнате, всем завязывали глаза, после чего каждый шел с ножницами за своим подарком. Мама привозила из зарубежных поездок такие мелочи, которые в то время в нашей стране невозможно было достать: приятно пахнущие ластики, красивые карандаши, ручки... Это был самый увлекательный аттракцион, его обожали все.

 

– Как мама настраивала вас перед своими длительными гастролями?

– Конечно, в детстве случались всплески непонимания. Ребенку частое отсутствие мамы принять сложно. Тогда ведь не было мобильных телефонов. Когда у меня уже родились Никита и Дени, мобильные только появились, и я с ними была с утра до ночи на связи. Благодаря этой чудо-технике можно было уже и видео снимать, и чувствовать себя в курсе всех событий семьи. А вот когдаросла я, междугородняя связь кое-где осуществлялась плохо, и маме дозвониться до нас было сложно. Помню, просила ее: «Брось все! Приезжай, я скучаю!» Но она умела уговорить детское сердце: «Ты же любишь подарки, сладости. Мне надо зарабатывать, чтобы нам было на что жить».Когда я возражала: «Не хочу ни конфет, ни подарков. Хочу, чтобы ты была рядом», мама находила другую мотивацию: «Ты меня любишь, значит, поймешь. Люди покупают билеты на мои концерты, они тоже меня любят и хотят увидеть и услышать».

 

– Ваша мама, вспоминая детство, говорит, что жила она как в монастыре. Бабушка Зинаида Архиповна с вами тоже была строга?

– Все было так же, как с мамой. Без поблажек, контроль за уроками и занятиями музыкой. Но мама пыталась из-под этого контроля выр­ваться, а меня, человека, наверное, более дисциплинированного, все устраивало. Только когда мне исполнилось 15 лет, бабушки не стало, я перешла в руки к маме. Она сказала: «Воспитывать тебя уже бесполезно, ты сформировалась, поэтому живи как знаешь». Ну и я быстро завела семью (смеется). Мы стали жить с Володей Пресняковым, а поскольку и Лена (певица Елена Преснякова, мама Владимира. – Прим. «Антенны»), и моя мама постоянно гастролировали, то мы прекрасно сосуществовали в квартире с Петровичем. К нему приходили друзья-музыканты, было весело.

 

И из Медведкова я ездила в школу на метро.

– Я видел вас с Пресняковым-младшим лет 30 назад. Тогда охрана не хотела пускать вас на первый в нашей стране концерт Карлоса Сантаны. И в отличие от нынешних звезд вы скандала не устраивали, стояли спокойно и ждали, пока кто-то не вышел и не провел вас. Это воспитание или позиция?

– Может, воспитание. Но в то время, замечу, вообще звезд не было. Были популярные артисты. Володя на тот момент стал уже весьма известным. А я просто снялась в «Чучеле». В 16 лет я пупом земли себя не ощущала, как не ощущаю и сейчас: это глупо. А на тот концерт нас пригласили, поэтому права качать мы не стали. Хотя хамства в прямом смысле слова я не терплю, могу вспылить в ответ.

 

– Но вы и сейчас стойко воспринимаете задержки репетиций в телешоу в отличие опять-таки от некоторых ваших коллег.

– Я воспринимаю это как неизбежность, часть профессии. Не трачу на это нервы. А в работе я очень требовательный человек и по делу могу высказать претензии – не капризничать, а требовать то, что нужно.

 

Помог мой характер

– Вы говорили, что в юности хотели связать свою судьбу с кино.

– Да я и сейчас хочу! Кино было и будет, оно и так присутствует в моей жизни. И театр тоже. Тогда мечтала, что стану актрисой театра, кино. Но в 90-е все поменялось, фильмы практически не снимались, поэтому кино и театр немного отошли в сторону. В то время я еще не думала, что уйду в эстраду. И вот уже 25 лет держусь на сцене.

 

– Получается, что вы избрали более сложный путь. Уйди вы в кино, вас бы не так жестко сравнивали с мамой. Откуда в хрупкой девочке взялся стальной характер Лены Бессольцевой, который помог выдержать все нападки?

– Да, это точно. Хотя я такую параллель со своей героиней из «Чучела» никогда не проводила, не сравнивала ее с собой. Я человек коммуникабельный, у меня не возникало в школе проблем с одноклассниками. И когда снималась, Кристина не могла понять Лену: как можно довести других до такого состояния, чтобы тебя так не любили? Тем более особой причины для конфликта не было. А вот потом, после моего появления на сцене, вы правы, история Лены Бессольцевой появилась и в моей эстрадной жизни.

 

– И вы стоически все выдержали. Мама поддерживала ваш приход в эстраду?

– Она не думала, что я останусь на ней так долго, что это действительно меня зацепит и я начну расти, развиваться. Тогда мама не давила на меня, давала советы, критиковала по делу. И, видимо, мой характер, желание довести все до конца помогли.

 

– А характером вы больше в маму или в папу?

– Тут смесь. Папа мой – талантливый и интеллигентный человек. Я считаю, что он мог бы быть популярным артистом в любом жанре, но ему не хватало упертости. Наверное, это судьба. Я тоже, казалось бы, не борец по жизни, но все равно меня судьба ставила перед сложными ситуациями, которые приходилось преодолевать. Причем орудовать не кулаками и наглостью, а мозгами, идеями. И благодаря этому я двигалась в правильном направлении, не интригуя и не переходя другим дорогу. Я просто занималась собой, шла к цели. Знаете, в те годы, находясь в состоянии Лены Бессольцевой, я, несмотря на все нападки, почему-то была уверена, что иду верным путем, что у меня обязательно получится то, чего до этого никто не делал.

 

– В одном из интервью вы сказали, что вас сделал Володя Пресняков...

– Не то чтобы сделал, он помог. Он меня вырастил, ведь я в его руки попала 15-летней девочкой. Володя – интересный, творческий человек, и ему в хорошем смысле было любопытно, что из меня может получиться. А я была податливой ученицей. На тот момент мне понравилась эта роль, я заинтересовалась. Пресняков советовал мне, как одеваться... Как в облегченном варианте «Пигмалиона», он старался спродюсировать мою жизнь. У нас родился Никита, и я много лет прекрасно жила в этом состоянии защищенности за спиной мужчины. Но потом выросла, захотелось самостоятельных шагов, начали возникать какие-то конфликты, недопонимание. Мое изваяние (смеется) стало претендовать на сольную карьеру.

 

– Ваша мама говорит, что сцена лечит, а дети молодят. Согласны с ней?

– Абсолютно точное сравнение. Даже если ты выходишь на сцену с высокой температурой, то уже к середине концерта тебе становится лучше. Ты все время в состоянии внутреннего напряжения, и это помогает не заболеть, не простудиться...

 

Я доросла до дочери

– В 2017-м исполняется 13 лет вашей семейной жизни с Михаилом Земцовым. Это срок. На чем строится ваша семья?

– Это любовь, понимание друг друга, доверие, надежность, взаимопомощь. У нас в семье нет разделения на мужские и женские обязанности. Кто свободен, тот и занимается с дочкой. Я не знаю таких мужчин, кто бы отважился с шестимесячным ребенком лететь за океан. Мы собирались отправиться втроем, но мне из-за работы пришлось остаться, и Миша полетел с Клавочкой и прекрасно справился.

 

– До рождения Клавдии в вашей семье было мужское царство: Михаил и два сына. Вы о дочке мечтали?

– Когда у меня были только Никита и Дени, мне казалось, что девочки – это другой мир, с ними тяжелее, чем с мальчиками. Сыновьям надел джинсы с майкой, и они побежали в футбол играть. Да и разговаривать с ними проще, а с девочками надо продумывать каждое слово, чтобы не задеть. Девочка – она ведь все видит, повторяет за тобой. Видимо, к 40 годам я доросла и душой, и умом до того, чтобы у меня была девочка. Клавочка ассоциирует себя со мной: хочет быть певицей, наряжается, глазки подкрашивает, как мама.

 

– Если решит пойти по вашим стопам, отговаривать не будете?

– Нет, все надо делать по обстановке. Я думала, что Никита свяжет жизнь с кино. Он любил в детстве снимать фильмы. Но в 20 лет его накрыл тяжелый рок, и он создал профессиональную, очень хорошую группу.

 

Раздолбаи и Гарри Поттеры

– А как он к вашему творчеству относится?

– У него есть любимые песни, которые он проецирует на рок, думает, как бы они зазвучали в его жанре. У нас же был с ним новогодний экспромт на канале «Россия», мы спели дуэтом мою песню «Перелетная птица». Прикольно получилось. Кстати, он сам сделал аранжировку. Никита сейчас больше занимается музыкой, монтирует видеоклипы. В CША ему это преподавали на хорошем профессиональном уровне. Я вывела для себя формулу: поколение Никиты начала 90-х – творческие раздолбаи. А вот сверстники Дени конца 90-х – этакие Гарри Поттеры, они постоянно хотят развиваться, знать больше. Дени с отличием окончил школу и поступил в университет. Я сама не ожидала, что у него будет такое рвение к учебе. Но в то же время он человек творческий, увлекается фотографией, делает инсталляции. На днях спрашивает меня: «Есть ли у нас какой-то складик, чтобы все это хранить?» Кстати, Дени с детства фанат моих песен, под них он засыпал, я пела ему их вместо колыбельных. Сейчас у него другие приоритеты. Он уже настоящий меломан. Недавно были в гостях, где играла музыка прошлых лет, и я поразилась: он знал и мелодии, и слова этих песен. Не удивлюсь, если со временем он выйдет на сцену. Дени – дипломат, он не критикует меня. А Никита – правдолюб, может себе это позволить.

 

– С Клавдией вам удается проводить больше времени, чем с сыновьями?

– Да, я намеренно изменила гастрольный график. Уезжаю максимум на четыре-пять дней в неделю.

 

– С дядей и тетей (Гарри и Лизой, детьми Пугачевой и Галкина) как Клавдия общается?

– Прекрасно. Они ведь родные люди. Дочь старше их на два года. Клавочка любит маленьких, и ей нравилось их опекать. Сейчас они подросли и играют на равных. Выходные проводят вместе, компания у них хорошая.

 

– В одном из интервью Максим Галкин согласился со мной, что только в нем Алла Борисовна почувствовала опору и смогла расслабиться. Вы считаете так же?

– Конечно. Сколько лет можно было находиться в упряжке? Нужно уже было остановиться, расслабиться, не думать, куда ехать с концертами. И слава богу, что Максим дает маме возможность сделать передышки, побыть с детьми, оказаться в том состоянии, в котором она хочет. Я благодарна Максиму за это.

 

– Вы были свидетельницей разных жизненных ситуаций мамы. Как бы вы назвали сегодняшний ее период?

– Счастливая молодая мама.

 

– У Никиты скоро свадьба?

– Пока готовимся. Никита – максималист. Несмотря на свою рок-натуру, он в душе мягкий и пушистый романтик. Почувствовал, что хочет семью. Девушка хорошая, зовут Алена. Дай бог, чтобы все у него получилось. Перед его глазами стоят примеры нашей жизни. А семейная жизнь у нас неоднозначная, мы расставались, потом кого-то встречали. Он мечтает, чтобы у него была единственная в жизни свадьба и жена – раз и навсегда. Я как свекровь буду идеальной. Молодые спросят совета – дам. Если нет, то все равно, наверное, такова материнская натура: захочу что-то посоветовать, но буду себя контролировать. Да и Никита сам по натуре такой, что к чему-то он прислушается, а к чему-то нет.

 

– А к роли бабушки вы готовы?

– Я достаточно спокойно к этой роли отношусь. Но мне кажется, что Никита и Алена должны дорасти до роли родителей, они пока еще дети. ∙