Сиятельная особа

InStyle
Яна Жиляева

Про Кристину Орбакайте, кажется, известно все. Она обречена быть в центре общественного внимания уже благодаря самому факту своего появления на свет. Многолетний марафон в прозрачном пространстве, который не снился никаким «фабрикантам» и «последним героям». Знаменитая дочь знаменитой матери, снискавшая собственную славу уже в одиннадцать лет, звезда эстрады, успешная актриса кино, изредка играющая в театре, бизнес-леди, руководящая собственным коллективом, возлюбленная — и мама двоих сыновей. Все подробности ее жизни неизменно становятся достоянием публики. Досконально известен даже интерьер знаменитой квартиры номер 13 на Тверской-Ямской, а семейный альбом во многом состоит из фотографий, сделанных журналистами. Каково Кристине Орбакайте там, в центре стеклянной башни?

На первый взгляд кажется, что никакой башни нет. Или Кристина ее просто не замечает. Словно ей давно известен счастливый алхимический рецепт, хранящий от прессинга публичности: предельная искренность и абсолютная естественность. Не случайно на вопрос о том, существует ли у нее личная, недоступная никому кроме близких жизнь, она, будто бы даже удивляясь, отвечает: «Нет. Все открыто. Но я привыкла. Меня раздражают только две вещи: злость и вранье». Впрочем, глядя на спокойную, тактичную, уверенную в себе Орбакайте, трудно представить ее просто гневающейся, не говоря уже об авантюрных поступках и криминальных историях, которые еще недавно так широко обсуждались. Кристина говорит, что зла ни на кого не держит, и какие бы переживания ни выпадали на ее долю, все это, безусловно, «в плюс». «Люди встречаются друг с другом не просто так, — уверена Кристина. — Какой-то энергетический обмен происходит, мы развиваемся». И все-таки кто же больше влияет на ее жизнь: мужчины или сыновья? «Я живу, не анализируя: этот читать меня научил, этот считать!» — смеется она в ответ. «Дети растут, все меняется. А вообще-то, — с легким вздохом говорит Кристина, — это я влияние на всех оказываю. Возвращаюсь через месяц гастролей и решаю все накопившиеся вопросы. Правда, в мелкие бытовые подробности стараюсь не вникать. Я прежде всего специалист по решению материально-психологических проблем».

В размеренно-спокойных речах Кристины слышится гордость хозяйки, создавшей свою империю на сцене и в жизни. Она глава семьи, автор и режиссер музыкальных программ, руководитель коллектива в два десятка человек. Насколько вынужденной оказалась для нее роль лидера ? «Я, конечно, всегда была ответственной, но никогда на лидерство не претендовала. Как-то это произошло само собой: я стала большим начальником, и от моих решений зависит количество концертов и гастрольный график — а значит, бюджеты людей, которые со мной работают», — говорит Орбакайте. А еще Кристина считает, что лучшим рычагом воздействия на нее служит простая фраза : «Ты должна!» Причем повторяет она это себе безжалостно каждое утро.

Способна ли эта новая Орбакайте повторить свои беззаботные подвиги начала 90-х, когда она, беременная Никитой, гоняла за несколько дней до родов по лондонским улицам на мотоцикле?! Длинноволосая блондинка в черном берете, она пела тогда трогательные лиричные песни на фестивале «Поколение», символизируя героиню этого самого поколения — богемную, свободную, абсолютно раскомплексованную. Именно ее Денис Евстигнеев вывел эдакой блоковской незнакомкой в своей «Лимите», культовом фильме этого поколения. А Никита Михалков до сих пор вспоминает, как все кидали пирожными в белые евроремонтные стены на новоселье у дуэта Пресняков — Орбакайте. «Нет! Я, конечно, не бросала! — с недоумением возражает Кристина. — Это у меня друзья такие были, рок-н-ролльщики. Я целую неделю к новоселью готовилась, сама продукты покупала, стояла у плиты. А когда полетел первый кусок торта — уже не помню, кто начал, наверное, Вова, — я только уворачивалась. А Никита пришел уже под занавес. Мы с Федей Бондарчуком побежали на кухню, чтобы найти в шкафу чистую тарелку. И тут полка, которая висела над мойкой, грохнулась вниз, прямо на раковину. Я потом все это чинила и еще полгода выковыривала засохшие киви и клубнику из батарей. А раковина, кажется, так и осталась наперекосяк», — вспоминает Кристина. Почему же она не вмешалась сразу, не остановила разошедшихся гостей ? «Я же хозяйка дома! Я не могла вести себя так негостеприимно», — спокойно объясняет Кристина.

Тема семейного устройства, кризиса отношений мужчины и женщины легла в основу новой комедии «Любовь-морковь», где Кристина исполнила главную роль, — в марте фильм выйдет на экраны. По сюжету муж и жена, измученные многолетними конфликтами, решают дать своей семье еще один шанс. И тут по роковой случайности меняются телами. Говорят, на съемках Кристина не раз шутливо упрекала режиссера Александра Стриженова в том, что до этого ей пришлось много лет доказывать, что она не чучело (фильм «Чучело» — блистательный дебют Орбакайте в кино), а теперь — что она не утратила женственности, не ходит вразвалочку. «У меня осталось мое тело! — смеется Кристина. — В меня душа мужская вселилась, а в моего мужа, которого сыграл Гоша Куценко, — женская. Муж и жена начинают жить жизнью друг друга и понимают, что все устроено не так просто, как они это раньше себе представляли. Мы с Гошей, кстати, оба заметили, что теперь каждый из нас лучше понимает противоположный пол. То есть я стала лучше относиться к мужчинам, а он — к женщинам!»

Яркая актриса нашего времени, Орбакайте, как это ни парадоксально, сама отказалась от суперуспешной карьеры в кино. На экране она теперь нечастая гостья. «Я слишком люблю кино, чтобы позволить себе две-три картины в год, — откровенно признается она. — Я не могу просто перейти из одного проекта в другой, мне нужно отдохнуть, соскучиться по камере, чтобы в следующем фильме не повторяться, не заштамповаться, не выйти в тираж». Эстрада для Кристины — каждодневная, пусть и любимая, работа, а кино — редкое наслаждение. Похоже, расставляя профессиональные приоритеты, разумная Орбакайте в какой-то момент предпочла выбрать тот вариант, где чувствовала себя стопроцентной хозяйкой положения. В ее коллективе действует сформулированный в шутливой форме, но весьма недвусмысленный закон: «Звезда у вас одна — это я!» «На эстраде я сама себе режиссер. Сама продумываю свой образ, свой репертуар. Я предельно искренна на сцене. Да, я примеряю разные маски. Но все равно остаюсь собой, — объясняет Кристина. — А вот кино дает мне возможность уйти от этой ответственности. Я только актриса, которая выполняет волю режиссера и сценариста. С меня взятки гладки. И я наслаждаюсь, я купаюсь в этом перевоплощении, мне легко и радостно!»

Эстрадная суперпопулярность порой закрывает для нее другие виды искусства. Она пробовала играть на сцене, окончила ГИТИС, исполнила роль Барышни-Крестьянки в Ермоловском театре. Но уже следующий спектакль, «Даная», показал: стеклянная стена между Орбакайте-певицей и Орбакайте-театраль-ной актрисой непробиваема. Увидев ее имя на афише, зрители приходили в полной уверенности, что их ждет эстрадный концерт. Спрашивали: «После какой песни дарить цветы?» Им объясняли — это спектакль. А они недоумевали: а песни когда? Но Кристина не унывает. «Я не комплексую. И от театра не отказалась насовсем. Вообще, я много чего еще хотела бы попробовать. Может быть, рисовать… Но пока нет вдохновения», — улыбается она.

У Кристины звонит телефон. Новый магазин приглашает на шопинг. «Спасибо, может быть, зайду, — с полуулыбкой отвечает она. — Для шопинга тоже нужно вдохновение». И рассказывает, как нашла способ избежать тоски московских пробок: застряв где-нибудь на дороге, надо выйти из машины и забежать в магазин. Хотя бы минут на двадцать. И хорошее настроение гарантировано!

 

Текст: Яна Жиляева
Фото: Carole Bellaiche/H&K
Стиль: Ольга Михайловская.